2/6/10 09:51 am - День Ангела
А у меня сегодня именины. 6 февраля- день Блаженной Ксении Петербургской.
Историки, между прочим, до сих пор спорят – может быть где то тут между 15-ым и 17-ым домом, а может быть на углу Лахтинской улицы и Большого проспекта стоял на небольшом казенном участке дом полковника Андрея Федоровича Петрова, который, между прочим, служил и певчим в придворном хоре. Пусть вас это не смущает – певчий во времена веселой царицы Елисаветы делали еще и не такие карьеры, достаточно вспомнить графа Разумовского, который вообще из свинопаса через певчие попал в высший свет. Жил полковник с молодой женой Ксенией в ладу, в любви и согласии, да так они хорошо жили, что соседи им завидовали. Только счастье длилось недолго. Через три года Андрей Федорович внезапно умер, да так внезапно, что не успел даже принять последнего покаяния и получить последнее прощение. Слухи ходили, что то ли он сгорел в одну минуту от вина, что при царском дворе бывало не редко, особенно среди артистов, то ли сделал еще что-то более худшее над собой.
Смерть любимого мужа настолько потрясла 26-летнию вдову, что родные, близкие, соседи стали опасаться за ее рассудок. Да и было с чего - Ксения раздала нищим все своеимущество, а дом подарила знакомой унтер-офицерской вдове Прасковье Антоновой, с тем, что та будет бесплатно пускать ночевать бедных и бездомных. Родственникам, вероятно, стало жалко наследство и они подали соответствующее прошение по начальству, хлопоча о признании Ксении безумной и недееспособной. Но начальство, поговорив с Ксенией, нашло ее в совершенно здравом уме и полном праве распоряжаться своим имуществом. А Ксения надела мундир покойного мужа и перестала отзываться на собственное имя, говорила всем, что это, мол, Ксенюшка умерла и похоронена, а он - Андрей Федорович жив и еще долго жить будет. Так начались ее долгие на сорок пять лет странствия по улицам града Петрова.
Ксения Блаженная: во имя любви
Начинается эта история в первой половине 18-ого века в царствование Елизаветы Петровны. Окраины Петербурга тогда существовали лишь на плане, утвержденном Петром Алексеевичем. А государь за многими делами не утруждался выдумыванием названий, а лишь нумеровал. Так что нынешняя Лахтинская улица тогда называлась 11-ой линией и была свободна и пуста. Здесь на аккуратно нарезанных начальством участках селились и строились военнослужащие 11-ой роты Капорского полка, тогда даже военнослужащим срочной службы разрешалось иметь семью и дом.Историки, между прочим, до сих пор спорят – может быть где то тут между 15-ым и 17-ым домом, а может быть на углу Лахтинской улицы и Большого проспекта стоял на небольшом казенном участке дом полковника Андрея Федоровича Петрова, который, между прочим, служил и певчим в придворном хоре. Пусть вас это не смущает – певчий во времена веселой царицы Елисаветы делали еще и не такие карьеры, достаточно вспомнить графа Разумовского, который вообще из свинопаса через певчие попал в высший свет. Жил полковник с молодой женой Ксенией в ладу, в любви и согласии, да так они хорошо жили, что соседи им завидовали. Только счастье длилось недолго. Через три года Андрей Федорович внезапно умер, да так внезапно, что не успел даже принять последнего покаяния и получить последнее прощение. Слухи ходили, что то ли он сгорел в одну минуту от вина, что при царском дворе бывало не редко, особенно среди артистов, то ли сделал еще что-то более худшее над собой.
Смерть любимого мужа настолько потрясла 26-летнию вдову, что родные, близкие, соседи стали опасаться за ее рассудок. Да и было с чего - Ксения раздала нищим все своеимущество, а дом подарила знакомой унтер-офицерской вдове Прасковье Антоновой, с тем, что та будет бесплатно пускать ночевать бедных и бездомных. Родственникам, вероятно, стало жалко наследство и они подали соответствующее прошение по начальству, хлопоча о признании Ксении безумной и недееспособной. Но начальство, поговорив с Ксенией, нашло ее в совершенно здравом уме и полном праве распоряжаться своим имуществом. А Ксения надела мундир покойного мужа и перестала отзываться на собственное имя, говорила всем, что это, мол, Ксенюшка умерла и похоронена, а он - Андрей Федорович жив и еще долго жить будет. Так начались ее долгие на сорок пять лет странствия по улицам града Петрова.
( Кому интересно, читают дальше )


